Скифы открыли какие-то деревья, плоды, которые они, собравшись вместе и разведя костер, сыпали в огонь, уселись вокруг дыма этих горящих плодов, поднимающийся из костра, они становились одурманенными, как греки от вина. И чем больше плодов они кидали в костер, тем сильнее был дурман. Это заканчивалось тем, что они поднимались начинали танцевать или раскрывались в пении…” Геродот об пользовании марихуаны скифами.

В соответствии с книгой Эрнеста Абеля “Марихуана: Первые двести лет” (1980), первые свидетельства использования каннабиса относят к периоду Каменного века, то есть 10 000 лет назад. Археологи с Тайваня обнаружили горшки, сделанные предположительно из растений каннабиса. Самые ли ранние свидетельства об употреблении каннабиса в фармакологических целях Китайским императором Шен Нунгом относят к началу третьего века до нашей эры. Шен Нунг был китайским мифическим императором и врачом, который обладал знаниями по медицинскому использованию растений каннабиса. Теоретически каннабис использовался в этот период в Китае благодаря его успокаивающим свойствам, им лечили боль, болезни, отводили влияния злых духов и использовали в широких целях.

Каннабис быстро распространился из Китая по всем соседним азиатским странам. Особенно он был популярен в Индии, где его использовали в религиозных целях. Архартва Веда, один из древнейших и индийских письменных памятников индуизма, включает его в числе пяти секретных растений. Благодаря культурному и религиозному использованию растению была обеспечена защита и почтение.

В древности не зафиксировано использование каннабиса в качестве интоксиканта где-либо за пределами Индии и Китая. Значительно позже использование каннабиса распространилось на Среднем Востоке и в Северной Африке. Это происходило в ходе экспансии гашиша по этим регионам. Использование гашиша арабами датируется около десятого века нашей эры и одиннадцатым веком в Египте.

Использование каннабиса в качестве интоксиканта в этих частях света развивалось значительный период времени. В девятнадцатом столетии каннабис начали применять в Западном мире благодаря письменным описаниям действия гашиша. Эти материалы появлялись в медицинских источниках или в периодике. В Великобритании использование каннабиса распространилось благодаря Вильяму Ошаннеси, ирландскому медику. В Индии он наблюдал медицинское применение каннабиса и описал его в своих трудах. Во Франции предложение использовать каннабис принадлежало доктору Жако Мориа, который предполагал, что каннабис можно использовать при лечении умственных расстройств. Впоследствии, использование и эффекты каннабиса были более детально изложены многими французскими авторами. Вероятно, одним из самых примечательных был Теофил Готье, которого познакомил с каннабисом Мориа. Готье живо описал его посещения Клуба гашиша, который в 1840-х годах находился в Париже в шикарном отеле Пимодан. Гашиш включался в сладкое кушанье под названием Давамеск. Живописные описания Готье процесса употребления гашиша и эффектов наркотика имели мистический оттенок, включая интриги, игры, экстаз, страх и бешенство.

Благодаря тому, что появившиеся рассказы о каннабисе и гашише были неприглядными и отталкивающими, распространение использования наркотика по Европе было медленным. Широкого распространения в Европе они достигли лишь к 1960-м годам, когда их заново привезли путешественники из Соединенных Штатов.

Воспоминания Готье о клубе гашиша

Француз Теофил Готье оставил живописные рассказы о его пребывании в клубе любителей гашиша. Эти описания употребления наркотика интересуют нас сегодня по нескольким причинам. Например, они предоставляют нам возможность сравнить опыт употребления марихуаны тогда и сейчас. Написаны они теми, кто самолично пробовал наркотик. В дополнение, эти сведения позволяют рассматривать особенности употребления наркотиков в разных культурах. В данном случае, это происходит с французом в клубе любителей гашиша в Париже в середине девятнадцатого столетия. Гашиш, который употребляли Готье и его друзья, содержался в сладком блюде (оно содержало также много сахара, как в засахаренных фруктах), которое называли Давамеск. Начиненное наркотиком блюдо ели после ужина. После этого, сидя в большой гостиной, Готье описывал свои ощущения, вызванные наркотиком так:

Через несколько минут, мои товарищи начали пропадать один за другим, не оставляя после себя ничего кроме теней на стенах, вскоре расплывавшихся подобно следам волн на песке.

Так как с этого момента я был вне сознания, вы вынуждены будете довольствовать моим скудным впечатлением. Уединение воцарилось в гостиной, прерываемое только подозрительными проблесками; и вдруг, внезапно красная вспышка пронзила мои веки, бесчисленные свечи взорвали темноту и я погрузился в теплый, чистый жар. Я точно знаю, что находился в том же месте, но оно казалось таким, каким бывает набросок по сравнению с картиной: все было больше, богаче, более пышно. Реальность служила только отправной точкой великолепия галлюцинаций.

Следующее состояние Готье назвал “фантазией”, после которого он испытал “полный кайф”:

Под действием гашиша я чувствовал себя счастливым. Я больше не чувствовал своего тела; причинные связи и дух были сильны; с помощью совершенной силы я поместил себя в неустойчивое состояние. Так, мне представилось движение душ в райском мире, куда мы все должны отправиться после смерти. Голубоватая дымка, свет Ильзиана, отблески лазурного грота формировали атмосферу в помещении, где я смутно видел трепещущие, непонятные очертания; атмосфера была одновременно и жаркой и прохладной, влажной и сухой, она окутывала меня подобно сладкому желе. Когда я попытался двинуться прочь, ласкающий воздух создал тысячи роскошных волн вокруг меня; восхитительное томление пронизало мои чувства и отбросило меня назад на софу, где я “прилип” и расслабился подобно сброшенной одежде.

Тогда я понял степень совершенства удовольствия, испытываемого духами и ангелами, парящими в эфире и на небесах, и как хороша вечность в раю. Чувства “кайфа” позже сменились кошмарной сценой, когда Готье чувствует страх, ярость и признаки паранойи, затем через пять часов после посещения клуба гашиша эффекты прекратились:

“Сон подошел к концу. Чудесные действия гашиша улетучились, каждое в своем собственном направлении, как офицеры в Mariborough goes to war. Легкими шагами я спустился по ступенькам, что причинило мне невыразимую боль, и через несколько минут я был в своей комнате, ощущая окружающее абсолютно реально; последние пары гашиша испарились.”

Марихуана в Новом Свете

Из-за продолжительного употребления марихуаны развивается агрессивность, подобная симптомам белой горячки, что часто приводит к тяжким преступлениям, таким как изнасилования и убийства. Поэтому марихуану назвали “наркотиком-убийцей“. Вошедшее в привычку употребление марихуаны всегда вызывает явные повреждения мозга и иногда сумасшествие. Из памфлета 1936 г. “Марихуана, или индийская конопля и ев употребление“.

Появление каннабиса в Новом Свете датируется 1545 г., когда он был привезен в Чили испанцами. В Северо-Американских колониях растения каннабиса выращивались для использования их волокон в Вирджинии в Джеймстауне в 1611 г. Немного спустя этот конопляный продукт прочно закрепился в качестве основного сырья, культивировался Джорджем Вашингтоном и многими другими. Каннабис выращивался в Новой Англии с 1629 и остался стержневым сырьем экономики вплоть до Гражданской войны. Центром конопляного производства был Кентуки, где остался основным продуктом на многие десятилетия. Несмотря на широкое распространение, растения марихуаны были неизвестны со стороны их психоактивных свойств. Тем не менее, оно было признано не только как хорошее волокно. Следуя по пути европейских врачей, американские медики использовали каннабис в 1800-х годах в качестве общего лекарства широкого применения. Наиболее широко использовался препарат под названием Экстракт Тилдена Каннабис Индика, который производила фабрика в Восточной Бенгалии. К 1850-м годам марихуана входила в “Фармакопею Соединенных Штатов“, где были все разрешенные препараты; это продолжалось до 1942 года.

Каннабис использовался в целях восстановительного лечения в ограниченный период, и описания его психоактивных эффектов были необычны. Одним из примечательных отклонений от этого порядка вещей была публикация в 1857 г. книги “Поедатель гашиша“. Написанная Фитцем Хугом Людлоу, она детально описывала его собственный опыт употребления каннабиса в течение четырех лет, начиная с шестнадцати лет отроду. Людлоу жил в городе Поукипси, к северу от Нью-Йорка, в долине реки Гудзон. Много времени он проводил вместе со своим другом Андерсоном, который был аптекарем. Он часто участвовал в экспериментах с различными веществами в аптеке Андерсона.

Однажды Андерсон показал Людлоу новое поступление: экстракт марихуаны от Тилдена и Со. Людлоу начал экспериментировать с препаратом. Поначалу он не испытывал никаких действий наркотика, но после нескольких часов наркотик начал действовать, и Людлоу описывает это так: “Ха! Что значит это нервное возбуждение. Шок как от невообразимой жизненной силы, которая внезапно врывается в меня, проникает до кончиков пальцев, пронизывает мой мозг, заставляет меня вздрогнуть, что я чуть не падаю со своего кресла. Нет сомнений – это влияние гашиша!

Людлоу продолжал свои эксперименты, живописно описывая различные эффекты каннабиса. Например, глава под названием “Царство снов” начинается так:

“В тот момент, когда я закрыл глаза, видение божественной красоты вспыхнуло во мне. Я стоял на серебряном берегу сияющего безбрежного озера, сквозь самое сердце которого я, казалось, только что был перенесен. Недалеко на берегу – храм, похожий на Парфенон, возносящийся своими прозрачными, невесомыми алебастровыми колоннами прямо в воздух цвета роз – как Парфенон, но превосходящий его так, как божественный идеал архитектуры превосходит идеал, воплощенный в реальность человеком.”

В своих описаниях Людлоу также определил два “закона действия гашиша“. Первый гласит о том, что “после окончания одной фантазии почти постоянно следует переключение действия к другой сцене, совершенно отличной по своему окружению“. А второй заключается в том, что “после сильной бури интенсивных величественных видений, в которую погружается курильщик марихуаны, следующее видение будет иметь спокойный, расслабляющий и восстанавливающий характер“.

1920 г. был отмечен особенным всплеском использования каннабиса. Эдвард М. Брехер в Главном Потребительском Сообщении по Законным и Незаконным Наркотикам (1972) объясняет этот всплеск запретом на алкоголь. Он пишет: “После того, как Восемнадцатая поправка и Волстедский Акт 1920 г. подняли цены на алкогольные напитки, тем самым понизив их качество и сделав их употребление менее безопасным, появилась значительная коммерческая торговля марихуаной“. В Нью-Йорке, например, число притонов для курения марихуаны (учтенных только в одном Гарлеме), открытых в начале 1920-х годов, было более пятисот. Эти места были расположены в квартирах или номерах гостиниц. Так рассказывала в 1944 комиссия Лагуардиа: Места для курения марихуаны устраиваются в зависимости от клиентуры. Обычно, в таких местах удобная мебель, радио или, во многих случаях, патефон-автомат. Свет обычно более или менее тусклый, с преобладанием голубых оттенков. В набор интерьера часто входят камины. Стены часто украшены картинами обнаженной натуры, вызывающими мысли о занятиях любовью. Убранство, как рассказывают, считается важной деталью в процессе курения марихуаны.

Далее комиссия отмечает: Курильщик марихуаны получает большее удовольствие, если курит совместно с другими. Здесь он получает возможность расслабиться, освободиться от тревог и беспокойства реальной жизни. Атмосфера таких мест близка к атмосфере узкого круга хорошо знакомых друзей. Курильщик легко вступает в разговоры с незнакомыми людьми, свободно обсуждая свои приятные ощущения от наркотика и философствуя на темы, относящиеся к жизни вообще, иногда превосходя свои интеллектуальные возможности… Шумная, буйная атмосфера появляется редко, и очень редко проявляются признаки воинственного настроения со стороны курильщика. В таком случае его просят тут же покинуть помещение или вынуждают вести себя более спокойно.

Причины практики курения марихуаны в США в начале нашего столетия до сих пор не ясны, но многие соглашаются, что начальным толчком стала эмиграция мексиканских рабочих. Большой всплеск употребления марихуаны был замечен и в Новом Орлеане в начале 1920-х годов. Марихуана пересылалась по реке Миссисипи в речные порты, откуда затем распространялась по всей стране. Марихуана стала доступной в больших городах уже в 1930-х, несмотря на то, что чернокожие американцы употребляли ее не чаще, чем среди них были джазмены.

Общественное мнение по поводу употребления марихуаны в этот период выражалось слабо, с одним примечательным исключением. В 1926 г., в двух орлеанских газетах была опубликована серия статей. Эти статьи открыли “сенсацию” об угрожающем распространении марихуаны и относила некоторые преступления и ужасные случаи на счет употребления марихуаны. Тем не менее, многие из этих гневных публикаций были сфабрикованы и смехотворны. За год до этого был принят закон Луизианы назначавший максимальный штраф в пятьсот долларов и/или шесть месяцев тюремного заключения за хранение или продажу марихуаны. Однако, этот закон имел небольшое действие на торговлю и употребление марихуаны в новом Орлеане, кроме умеренного повышения цены на сигарету с марихуаной.

Несмотря на то, что марихуана не рассматривалась в качестве главной угрозы жизни Америки, дополнительные действия правительства и общественных сил последовали в следующие десять лет. Наибольшую активность проявлял Гарри Дж. Анслингер, который в 1932 г. стал директором Федерального Бюро по Наркотикам. Анслингер называл марихуану главной угрозой безопасности и благосостояния страны. Он успешно способствовал тому, что во многих штатах было запрещено выращивание и употребление марихуаны.

В 1930 г. только 16 штатов имели положение о запрещении использования марихуаны; к 1937 г. почти все штаты имели такие положения. Усилия Анслингера увенчались в 1937 г. подписанием Акта о Пошлинах на Марихуану. Акт официально не запрещал марихуану. Он включал в себя список, определяющий медицинское использование марихуаны и позволял рецептурный отпуск марихуаны с уплатой налога на лицензию – 1 доллар в год. Тем не менее, все остальное владение или использование марихуаны было теперь вне закона. Наказания за нарушения закона были намного большими, чем ранее: штраф в 2 000 долларов, тюремное заключение на пять лет или все вместе.

Усилия Анслингера, кроме всего прочего, были успешны в регулировании легального оборота марихуаны. Так, в течение следующего года только 38 врачей заплатили один доллар за лицензию на продажу марихуаны. В дальнейшем, в течение нескольких лет, строгость наказания за продажу и владение марихуаны возрастали, благодаря его усилиям. В 1960-е годы судьи могли приговорить курильщика и продавца марихуаны к пожизненному тюремному наказанию. Рецидив продажи марихуаны в Джорджии мог окончиться смертным приговором. После 1970 г. наказания за владение и употребление марихуаны существенно смягчались с постепенной декриминализацией владельцев небольших доз и употребления вещества.

За прошедшее столетие появилось несколько обширных докладов об употреблении марихуаны и ее эффектах. Одним из самых ранних был доклад Комиссии по Индийским Конопляным Наркотикам в 1894. В комиссию, готовившую доклад, входило четверо англичан и трое индусов. Второй доклад был в 1933 г. после Исследования Военной Зоны Панамского Канала, которое охватывало период 1916-1929 гг. Третье, и наиболее известное исследование, было исследованием Комиссии Лагуардиа, опубликованное в 1944 г. Так как выводы всех трех комиссий были похожи, сфокусируемся на находках комиссии Лагуардиа.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here